Напишем:


✔ Реферат от 200 руб., от 4 часов
✔ Контрольную от 200 руб., от 4 часов
✔ Курсовую от 500 руб., от 1 дня
✔ Решим задачу от 20 руб., от 4 часов
✔ Дипломную работу от 3000 руб., от 3-х дней
✔ Другие виды работ по договоренности.

Узнать стоимость!

Не интересно!

Студенческая библиотека


НЕОПОЗИТИВИЗМ - одно из основных направлений философии 20 в., форма позитивизма. Основные идеи восходят к эмпиризму и феноменализму (Дж. Беркли, Д. Юм.). Отвергая возможность философии как теоретического познания мировоззренческих проблем, противопоставляет науку философии. Свою задачу видит в разработке метода логического или лингвистического анализа знания (или языка — научного, философского, обыденного). Идеи неопозитивизма получили выражение в деятельности Венского кружка, на основе которого сложился логический позитивизм. К неопозитивизму примыкал ряд представителей философии науки (Ч. Моррис, П. Бриджмен), упсальской школы в Швеции и др. В 1950-е гг. больший вес приобретает лингвистическая философия. Представители неопозитивизма сыграли значительную роль в развитии современной формальной логики, семиотики и логики науки.

Аналитическую философию отличает исследование всего комплекса философских проблем путем анализа языка. Цель этого - сделать данные идеи ясными и отчетливыми. Отсюда концепция философии как «языковой терапии».

Джордж Эдвард Мур (1873-1958) родился в многодетной семье врача. За­кончил Тринити-колледж Кембриджского университета. С 1920 по 1947 гг. Мур был ре­дактором наиболее влиятельного английского философского журнала «Mind». Считался патриархом британской философии текущего века. Глубокое воздействие на философию англоязычных стран Мур оказал своей методологией логико-семантического анализа язы­кового материала гносеологических и этических текстов. Мур апеллировал также к «здравому смыслу».

На Мура оказала влияние шотландская школа «здравого смысла» в лице ее основа­теля Томаса Рида (1710-1796). Понятие здравого смысла концентрируется на обществе. Здравый смысл служит тому, чтобы направлять нас в общественных делах и в общест­венной жизни, когда наши способности к рассуждению покидают нас в темноте. Философия здорового человеческого разума выступает как целительное средство против «лунатизма» метафизики. Она также содержит основы моральной философии, удовлетворяющей жиз­ненным потребностям общества.

В Новое время сложилось убеждение, что разумными являются только такие выска­зывания, которые могут быть выведены из других, интуитивно ясных. Они бывают двух видов: самоочевидные (1+1=2) и неопровержимые («У меня болит голова»).

Д. Юм называл математическое знание демонстративным, т.к. заблуждение выдает себя противоречием. Ложное суждение противоречиво. С помощью обыденного языка (в силу его многозначности) ничье существование не может быть демонстративно доказано. Все существующее поэтому можно признать несуществующим. Философ-скептик говорил об ошибочности речевой формы «я достоверно знаю, что р», где р - высказывание о материальном предмете. Но дело в том, что высказывание «достоверно знаю» применяется к эмпирическим и логическим достоверным (демонстративным) высказываниям в разных смыслах.

Под «выражением обыденного языка» понимается такое высказывание, которое употребляется для описания ситуаций, если ситуации такого рода существуют или в их существовании убеждены. В этом смысле всякое высказывание, описывающее какую-нибудь осмысленную ситуацию обыденной жизни, не является противоречивым. Таким образом, противоречивое утверждение не имеет осмысленного употребления в языке. Даже когда высказывание на вид противоречиво, его нельзя назвать таковым, если его употребляют. Например, выражение «это есть и нет» на вид кажется противоречивым. Но оно имеет описательное употребление, когда речь идет о легком тумане. Корректно оно описывает и виртуальную реальность как бытие без четких границ. Таким образом, эмпирическое вы­сказывание может быть парадоксальным и не быть ложным. Парадоксальные эмпирические высказывания утверждают существование эмпирических фактов, которые, по мнению большинства, не совместимы с существованием других всеми признанных фактов.

Понимать предложение значит быть готовым каким-то образом его использовать. Если мы не можем придумать ни одного примера его употребления, то мы совсем не по­нимаем данное предложение.

Человек, делая эмпирическое высказывание, может ошибаться двояким образом:

1) ошибка в отношении фактов; 2) употребление некорректного языка. Человек, прекрас­но зная, каковы факты, может употреблять для их описания неправильный язык. Когда налицо лингвистическое несогласие, можно говорить о чьей-то ошибке. Один из собесед­ников или все вместе употребляют некорректный язык. Пример: «Три храбрых зверолова охотились в лесах»

Мур придумал технику опровержения скептицизма, построенную на том, что заявле­ния скептиков идут вразрез с реальной практикой использования языка. Необходимо апел­лировать к здравому смыслу. Например, вместо выражения «Я одет» смешно говорить «Я думаю, что я одет, хотя возможно, это и не так». На этом строится доказательство Муром существования внешнего мира. Чтобы доказать, что внешний мир существует, нужно до­казать, что существует хотя бы один объект, независимо от моего сознания. Можно дока­зать, например, что две человеческих руки существуют. Я показываю или говорю: «Вот одна моя рука», «А вот другая». Мур настаивал, что доказал это абсолютно строго:

1. Посылка доказательства отличается от заключения. Посылка выражена в показе рук и жестикуляции. Заключение состоит в утверждении, что в данный момент сущест­вуют две человеческих руки. Посылка намного определеннее, а заключение является более общим.

2. В момент доказательства Мур безусловно знал, что передается определенными жестами и словами. Мур знал, где находятся его руки в данный момент и указывал на них, говоря: «Вот». Абсурдно думать, что это не знание, а только мнение.

3. Заключение следует из посылки. Несомненно, что если одна моя рука здесь, а другая там, то в данный момент они существуют.

Есть вещи (посылки доказательства Мура, в том числе), которые я безусловно знаю, даже если не умею их доказать. Мур показывал, что в любом исследовании определенные положения принимаются как данные. Любая попытка усомниться в правильности этих положений и как-то их проверить привела бы к тому, что человек вообще перестал бы понимать, как возможно исследование чего-либо.

Опираясь на доказательства Мура, его коллега по Кембриджу Л. Витгенштейн (1889-1951) написал трактат «О достоверности». Если я ставлю эксперимент, то не сомне­ваюсь в существовании прибора, который находится передо мной. Я могу сомневаться в чем угодно, только не в этом. Я уверен, что цифры, написанные мной на бумаге, не исчезнут сами собой. Уверенность в этом сродни уверенности в том, что я никогда не был на Луне.

У каждого человека есть набор предложений, которые обладают двумя признаками:

• Они «вне сомнения». Сомнение относительно этих предложений привело бы к потере способности рассуждать, выносить суждения, даже сомневаться. Сомнение по отношению к некоторым положениям обессиливает сомнение по отношению к чему бы то ни было. Нет ничего абсурдного в том, если человек откажется в них усомниться. В этом состо­ит их фундаментальность. Если я подойду к дереву, а под руками окажется пустота, то я могу утратить доверие ко всем показаниям органов чувств.

• Можно усомниться во всех вычислениях, если 2х2 окажется равным 5. Но: выражение «я знаю» употребляется тогда, когда не надо ни в чем убеждаться.

Слабость аргументации Мура состояла в том, что он полагал, будто любое фило­софское высказывание, нарушающее обыденный язык, является ложным. Действительно, многие философские высказывания нарушают обыденный язык и вводят в заблуждение. Философские высказывания могут показаться более значимыми, чем есть на самом деле. Философы действительно могут впасть в путаницу. Но в целом обыденный язык не слишком значим для философии.

В 50-е гг. некоторые философы сосредоточили внимание на повседневном употреб­лении выражений, с помощью которых формулируются философские доктрины. Наиболее важной была деятельность Джона Остина (1911-1960) и его последователей в Окс­форде. Все они были независимы от Витгенштейна и считали его подход несистематиче­ским. Отношение аналитиков к Остину было неоднозначным. Годы безоговорочного гос­подства Оксфордской школы сменились периодом единодушного отказа от его стиля философствования. В последние годы отношение к Остину стало более взвешенным. Остин надеялся, что в результате его деятельности появится новая дисциплина, являющаяся синтезом философии и лингвистики. Остин называл ее лингвистической фено­менологией. Центральное место в его ранних работах занимала концепция перформативных и констатирующих высказываний. Перформативные высказывания - такие, ко­торые оказываются исполнением некоторого действия. Они также способны применять действительность фактом своего говорения. Например, «Запрещается народу пить в жару сырую воду». Констатирующие - это описательные (дескриптивные) высказывания, которые могут быть истинными или ложными.

В дальнейшем Остин преобразовал данную концепцию в теорию «речевых актов». Речевой акт состоит из:

1) локутнвного акта (говорения самого по себе,   т.е. произнесения текста с опреде­ленным смыслом);

2) иллокутивного акта, назначение которого информирование, приказ, предупреж­дение и т.д. Такое высказывание обладает конвенциональной силой и приводит к прак­тическим последствиям. Остин показал, что в языковом общении, помимо слов, имеются и некоторые мыслительные (ментальные) действия. Сообщение не сводится к передаче информации, а содержит определенную цель. Речь обладает иллокутивной силой, т.е. го­ворящий стремится не только сообщить что-то, но и воздействовать на адресата, вмешиваясь в его сферу. В новом понимании речи акцент ставится на самом действии и его результате. Восприятие и переработка принятой информации является для адресата сигналом для собственных действий. Речь как действие включает в себя два уровня:

• действие корреспондента, направленное на адресата,

• ответное действие адресата.

Д.С.Милль (1806-1873) ввел в качестве логических терминов «коннотацию» (соозначение), отличается от «денотации» (означение). В первом случае имеется в виду указание на совокупность свойств обозначаемого предмета, во втором - указание на предметное значение имени. Так называемые коннотативные имена (например, «человек») прямо обозначают свой предмет и косвенно указывают на его свойства. Неконнотативные имена обозначают либо какой-то предмет (например, Иван, Москва, Россия), либо только свойство (белый, длинный, добродетельный). В языке немало слов, не имеющих д е н о т а т а, но имеющих коннотацию. То есть они получают определение по совокупности известных слов (например, «единорог», «русалка» и т.д.). Остин обратил внимание после­довательно на этот факт.

Бертран Рассел (1872-1970) называл так «чувственные данные», которые существуют, не будучи актуально воспринимаемыми. Но возникает вопрос: «Пахнет ли роза, когда ее никто не нюхает?» Этот вопрос не эквивалентен другому: «Есть ли данная роза, когда я ее не воспринимаю?» Данная роза, естественно, обладает самостоятельным существованием. Но запах как чувственное данное отсутствует без воспринимающего носа.